РУССКОГО ШАНХАЙЦА
«Взгляд оставляет на вещи след»
Иосиф Бродский

Официальный сайт «русского шанхайца» Михаила Дроздова, на страницах которого он предпринимает попытку рассказать о себе через призму давнего увлечения – коллекционирования редких эмигрантских изданий. Автор сайта надеется, что ему удастся послужить как делу дальнейшей популяризации известных эмигрантских авторов, так и извлечению из-под завалов времени полузабытых имен деятелей русского зарубежья. Подробнее об этой коллекции...

  • КНИГИ

    Книги и журналы, изданные как в эмиграции, так и на родине; с автографами и без.

  • КАРТИНЫ

    Картины русских и зарубежных художников, прочие предметы искусства.

  • ПИСЬМА

    Письма и документы эмиграции, рукописи, фотографии.

  • РАРИТЕТЫ

    Прочие раритеты: открытки, денежные знаки, личные вещи деятелей эмиграции и т.п.

Предметов в коллекции: 942 / На сайте: 786
Последние 16 предметов в коллекции


«К подержанным вещам,
имеющим царапины и пятна,
у времени чуть больше, вероятно,
доверия…»
Иосиф Бродский

Вся коллекция

«Уроженец Владивостока!
Такому с самого детства
От Пушкина и от Блока
Уже никуда не деться!»
— Иван Елагин

  • Михаил Дроздов из Китая о ситуации с коронавирусом: прогноз оптимистический

    14
    ФЕВ

    Проживающий в Шанхае председатель ВКСРС   Михаил Дроздов в эксклюзивном интервью Медиаальянсу русских сообществ (MARC) рассказывает о том, что на самом деле происходит в Китае в связи с эпидемией коронавируса.

    — Михаил, как ситуация с коронавирусом отражается на Вас лично, на Вашей работе, контактах с коллегами, на жизни Вашей семьи?

    — Я в Китае живу достаточно давно, с 1996 года. Предыдущая похожая история — эпидемия так называемой атипичной пневмонии происходила в 2002-2003 годах на моих глазах. Поэтому я вполне могу сравнивать ситуацию, которая была тогда, и которая разворачивается сейчас.

    Информационную волну вокруг атипичной пневмонии (2003 года) подняли прежде всего западные СМИ. Китайские власти тогда достаточно долго не реагировали на многочисленные публикации в западной прессе, связанные с развитием эпидемии. Мне кажется, что они искренне не понимали, почему против Китая был развёрнут этот информационный накат. Ведь масштаб эпидемии для такой огромной страны как Китай не был большим. И только после того, как страна начала испытывать серьёзные сложности в экономике, после того как встал туризм, после того, как Китай и его граждане начали постепенно превращаться в изгоев, власти схватились за голову и активно включились. Прочтём до конца?

  • Валентина Синкевич «Русский европеец Олег Ильинский»

    9
    ФЕВ

    В.Синкевич и О.Ильинский. 1996 год

    В «Коллекции русского шанхайца» имеется первый поэтический сборник известной представительницы второй волны русской эмиграции  Валентины Синкевич с ее автографом, адресованным прекрасному поэту-эмигранту — Олегу Ильинскому, несколько книг из библиотеки которого также хранятся в данном собрании. Валентина Синкевич — является автором очерка об Олеге Ильинском, с которым она была дружна многие годы. Именно этот очерк читайте ниже:

    «В мои двенадцать лет античная мифология (Куна) была ферментом, прочно объединявшим и пронизывавшим всю тогдашнюю реальность. Ледяная гора, что на дворе круто поднималась к военному лазарету, называлась Олимпом, Апостол Павел слал «Письмо в Коринф», Гёте и А.К. Толстой писали «Коринфскую невесту», Лермонтов проступал грузинским неоплатонизмом, а неоплатонизм жил в истории Церкви, Евфросиния Полоцкая своей древностью и церковью Спаса, характером греко-византийских фресок врастала в ту же тему. А.К. Толстой через Флоренцию тоже уводил в античность, Пушкин через «Капитанскую дочку» (Пугачев, Белогорская крепость) — в метелях показывал войну и прирастал к снежному Олимпу нашего крутого двора. Жуковский слышал вещее курлыканье «Ивиковых журавлей». Даже скользкие снежные косогоры сожженного города как-то примыкали к комплексу Афин. И Лев Толстой вместе с нами жил в осажденном Севастополе. Впервые явился Андре Шенье. Там и Гоголь входил в снега темой гротескной обывательщины, и рядом у Островского (купцы) по контрасту с античным неоплатонизмом — наперекор всему, жил сквозной горний полет. Некрасов знал Италию, Москву (княгиня Волконская), Колизей и Кёльнский собор… А я в это время писал диктанты и делал упражнения по русской грамматике». Прочтём до конца?

  • Михаил Дроздов: «Религия в Китае — это юань»

    6
    ФЕВ

    Предприниматель Михаил Дроздов, проживший почти четверть века в Шанхае, — настоящий русский интеллигент. Со знанием дела он рассуждает, как история России переплелась с китайской, и на что не стоит рассчитывать отечественному бизнесу.

    — Михаил Владиславович, насколько случайным или осознанным стал ваш выбор — жить и работать в Китае?

    — В юности не думал, что моя судьба будет связана с Китаем. В конце 80-х закончившего юрфак ДВГУ ожидала карьера судьи, прокурора, следователя, в лучшем случае адвоката или юрисконсульта, как тогда называли специалистов в области правоведения. Но так совпало, что в России заканчивался социализм, а я увлекся изучением китайского языка. В 91-м попал на стажировку в КНР.

    Страна мне очень понравилась, самое главное, я увидел в Китае определенные перспективы. Стал, как говорится, «смотреть в ту сторону». После окончания вуза некоторое время преподавал, в 96-м уехал на двухгодичную стажировку в Шанхай. В 98-м, когда надо было возвращаться, на родине случился очередной кризис. Работать на мизерной зарплате в университете совсем не хотелось. На свой страх и риск решил остаться в Китае, о чем не жалею. Поскольку все мои детство и юность прошли во Владивостоке, выбрал портовый Шанхай.

    Прочтём до конца?

  • Мандельштам Надежда «Воспоминания»

    11
    ДЕК

    Мандельштам Надежда «Воспоминания», — Москва: Издательство «Согласие», 1999, 556 стр. + XX стр.

    Перед нами не просто воспоминания жены репрессированного поэта. Из всего что было сказано и написано разными людьми о 1930-х — именно на эту книгу, как мне представляется, читателю стоило бы устремить свой особый и пристальный взгляд. Ведь в ней Надежда Мандельштам не только говорит о событиях, свидетелем которых она была. Она ведет прямой и честный рассказ об эпохе в которую довелось жить поколению, посчитавшему возможным построить новое общество, отринувшему при этом прежние устои, предпринявшему попытку сформулировать собственные этические нормы и потерпевшему на этом пути катастрофическое поражение. Как показала история, выход из этого поражения стал возможен лишь через трагедию Великой Отечественной и связанные с ней испытания.

    «Воспоминания» написаны рукой большого писателя и мыслителя. Мастерские описания событий сочетаются с глубокими обобщениями и размышлениями. Вереница запоминающихся образов от советских литераторов и чиновников до самых простых людей, дает широкую картину типажей, характеризующих, пожалуй, самое трудное десятилетие советской эпохи.

    [Заметка находится в стадии написания]

© 2013-2016 «Коллекция русского шанхайца»

Для использования материалов коллекции в какой бы то ни было форме, требуется письменное разрешение владельца сайта.

Пожалуйста, напишите ваше имя. Пожалуйста, введите ваш e-mail. Пожалуйста, оставьте сообщение.
Войти