Иванов-Разумник Разумник Васильевич

Иванов-Разумник. Фото(настоящие имя и фамилия Разумник Васильевич Иванов)

13(25).12.1878, Тифлис – 9.6.1946, Мюнхен

Критик, публицист, журналист, историк русской литературы и общественной мысли, мемуарист. Родители из дворян, а по жизненному укладу – разночинная интеллигенция: отец, Василий Александрович, — ж/д служащий, мать, Александра Осиповна, урожденная Окулич, — преподавательница музыки. По окончании 1-й петербургской гимназии (1888-97) Иванов-Разумник учился на математическом отделении физико-математического факультета Петербургского университета (с 1897); посещал также историко-филологический факультет, участвовал в рефератных вечерах профессора, историка А.С. Лаппо-Данилевского: в ноябре 1900 выступил с рефератом «Значение М. Горького в современной русской литературе»; в октябре – «О «декадентстве» в современном русском искусстве».

Иванов-Разумник принимал активное участие в студенческом движении. 4 марта 1901 арестован на демонстрации у Казанского собора, выслан из Петербурга; вернулся, вероятно, к началу учебного года, но 5 февраля 1902 «за участие в беспорядках» уволен из университета «с правом обратного поступления не ранее января 1908»; вторично арестован 1 марта 1902 и по административному распоряжению выехал из Петербурга; жил в Симферополе, где приступил к работе над книгой об истории русской общественной мысли. Уже в юношеские годы Иванов-Разумник проявил себя как приверженец радикально-демократических тенденций русской интеллигенции – последователь А.И. Герцена, Н.Г. Чернышевского, П.Л. Лаврова, Н.К. Михайловского.

В январе 1903 женился на Варваре Николаевне Оттенберг (1881-1946), поселившись в Новоселках, имении ее родителей во Владимирской губернии. До 1906 жил в основном в деревне, во время революции вел пропаганду среди крестьян; в очерке «Что думает деревня?» оправдывал экономически и этически их борьбу за землю. В 1906 приехал в Петербург. С осени 1907 обосновался в Царском Селе (постоянное место жительства Иванова-Разумника вплоть до 1933).

Дебют Иванова-Разумника в печати – статья «Н.К. Михайловский», в ней, как и в последующей статье «А.И. Герцен и Н.К. Михайловский», он заявил о себе как о стороннике народнического мировоззрения. Осознавая иллюзорность и историческую несостоятельность многих идей и верований старого, ортодоксального народничества, Иванов-Разумник тем не менее считал основополагающими главные заветы «русского социализма»: начала «индивидуализма» (человеческая личность как единственное мерило всех ценностей прогресса) и антимещанства – «двуединый критерий блага реальной личности и блага народа». В критике и публицистике начала ХХ века Иванов-Разумник становится характернейшим выразителем «неонародничества», стремившегося к обновлению и переориентации старых народнических идейных и эстетических представлений в условиях изменившейся общественно-исторической и культурно-духовной ситуации; в частности, сохраняя традиционное тяготение к «земле» (деревне) и недоверие к «машине» (городу), он признает неизбежность двух правд в России – и общины, и капитализма. По политической ориентации он солидаризируется с партией социалистов-революционеров (эсеров), хотя формально и не становится ее членом.

С 1906 Иванов-Разумник – активнейший журналист: публикует статьи в петербургской газетах «Известия крестьянских депутатов», «Трудовая Россия», «Крестьянский депутат» (под псевдонимом Р. Новосельский, Р. Н.), рецензии в журнале «Книга» (подпись И-въ-Р.), обзорную статью «Характер русской революции» и др. В октябре 1906 вышла в свет первая его книга «История русской общественной мысли. Индивидуализм и мещанство в русской литературе и жизни XIX века» — опыт философии истории русской интеллигенции на материале прежде всего литературы и критики.

Интеллигенция, по Иванову-Разумнику, — «этически – антимещанская, социологически – внесословная, внеклассовая, преемственная группа, характеризуемая творчеством новых форм и идеалов и активным проведением их в жизнь в направлении к физическому и умственному, общественному и личному освобождению личности». История русской интеллигенции предстает у Иванова-Разумника как история борьбы двух противоположных философско-эстетических начал – «индивидуализма», понимаемого как «примат личности», признание блага, нужд и интересов реальной личности критерием поступков и мировоззрения, и мещанства – столь же общего понятия, объединяющего «узость формы, плоскость содержания и безличность духа», всяческую посредственность и трафаретность; под знаком этой борьбы Иванов-Разумник анализирует историю общественной мысли, литературы, критики от XVIII века и до современности.

Частным преломлением воззрений Иванова-Разумника на роль интеллигенции явилась полемическая книга «Что такое «махаевщина»? К вопросу об интеллигенции» — обстоятельственный разбор «махаевщины», анархистического течения в общественной мысли (А. Вольский, Е. Лозинский), направленного против интеллигенции как «паразитического» класса, чуждого политическим интересам рабочих.

В книге «О смысле жизни. Федор Сологуб, Леонид Андреев, Лев Шестов» Иванов-Разумник на материале творчества трех авторов (каждому посвящен обстоятельный очерк), задававшихся философскими «карамазовскими» вопросами, обосновывает свою систему мировоззрения, проецированную на идейные постулаты Герцена, — «имманентный субъективизм», противопоставляемый позитивной и мистической теориям прогресса. Отрицая, как и его «герои», объективную осмысленность и целесообразность бытия, Иванов-Разумник признает субъективную целесообразность: цель – в настоящем, «в признании самодовлеющей ценностью широты, полноты и интенсивности человеческих переживаний». Мировоззрение Иванова-Разумника включает и «чувство социальности», поскольку стремление индивида к полноте бытия предполагает борьбу за осуществление «идеалов правды-справедливости» и, таким образом, — соотнесение личных интересов и целей с общественными (здесь обнаруживается связь Иванова-Разумника с этико-социологическими построениями Михайловского).

После выхода трех книг Иванов-Разумник стал одним из ведущих критиков и публицистов; регулярно выступает со статьями в газетах «Русские ведомости», «Речь», издает сборники: «Литература и общественность», «Творчество и критика». «Неонародническая» позиция Иванова-Разумника-критика отличалась от эстетического консерватизма «Русского богатства»; требование его к литературе – «чтобы проповедь и учительство не исключали собою творчества и исканий», в том числе и новейших средств художественной выразительности. И такое «согласие» представляется ему естественным и неизбежным, ибо «борьба за благо народа соединима с величайшим расцветом внутренней жизни личности» («Об интеллигенции»). Литературная критика, по убеждению Иванова-Разумника, должна быть синтетической, «философской, в широком смысле» («Творчество и критика») – в равной мере учитывать эстетический, психологический, общественный, социологический, этический критерии. Считая, что искусство призвано быть общенародным, Иванов-Разумник отвергал элитарное творчество, сугубо формальные искания или программную замкнутость в «малом круге» индивидуальных переживаний (например, в творчестве поэтов-акмеистов). Вместе с тем ему присущи широта взгляда и терпимость в художественных оценках, что отчасти обусловлено историческим подходом Иванова-Разумника к общественным явлениям.

Параллельно с критическими выступлениями он занимался историко-литературным трудом: под его редакцией, с его статьями и комментариями издано собрание сочинений В.Г. Белинского в 3 томах; работа Иванова-Разумника о «Евгении Онегине» вошла в 3 том ПСС А.С. Пушкина под редакцией С.А. Венгерова; с его вступительной статьей и примечаниями вышли «Стихотворения» Г.Р. Державина, «Поэмы» Пушкина и др.сочинения в серии «Историко-литературная библиотека». В литературоведческих работах Иванов-Разумник стремился к сочетанию строгого историко-литературного анализа с критико-публицистической интерпретацией.

Иванов-Разумник чутко улавливал историческую закономерность и определяющие приметы в смене литературных форм, что стимулировало эволюцию его художественных влечений от традиционного реализма навстречу «новому» искусству, к признанию символистской поэзии, а также «нового» реализма: он один из первых ценителей творчества М.М. Пришвина, С.Н. Сергеева-Ценского, зрелого А.М. Ремизова, активный защитник произведений М. Горького в пору их переоценки в критике. В 1910-е годы Иванов-Разумник работает над книгой «Критическая история современной литературы», оставшейся неосуществленной; главное внимание в ней уделено взаимодействию, борьбе и смене различных идей, школ, течений, имен в современном литературном процессе (Горькому, Л. Андрееву и «молодым прозаикам», ищущим «новых» путей, «победившему» символизму). Тесные дружеские и деловые отношения связывают его с рядом крупных писателей: Ремизовым, Ф. Сологубом, Е.И. Замятиным, Пришвиным и др.

С сентября 1912 до августа 1914 Иванов-Разумник – ведущий критик и фактический руководитель литературного отдела журнала «Заветы» (эсеровской ориентации); ему удалось объединить лучшие писательские силы – реалистов, символистов и в особенности «новых реалистов» (Пришвин, Сергеев-Ценский, Б.К. Зайцев, Замятин, А.Н. Толстой, И.Е. Вольнов, А.П. Чапыгин и др.); он вел постоянный раздел «Литература и общественность». Вопреки прежним «направленческим» установкам Иванов-Разумник в своей литературной политике стремился к консолидации всех, с его точки зрения, значимых для современности имен, независимо от их эстетических и общественных позиций. Иванов-Разумник способствовал публикации в «Заветах» романа В. Ропшина (Б.В. Савинкова) «То, чего не было».

Статьи из «Заветов» (закрытых правительственным распоряжением в связи с началом мирровой войны) Иванов-Разумник частично собрал в своей книге «Заветное. О культурной традиции. Ст. 1912-1913 гг.»

В октябре 1912 Иванов-Разумник – один из организаторов (наряду с Ремизовым и А.А. Блоком) символистского издательства «Сирин» (Петербург), основанного М.И. Терещенко. Редакторская работа в «Сирине» сблизила его с Блоком; совместно они способствовали опубликованию в альманахе «Сирин» романа А. Белого «Петербург». На этой почве в 1913 началась переписка, а затем личное общение и дружба Иванова-Разумника с Белым, которого он считал «величайшим из писателей XX века». Иванов-Разумник – один из первых истолкователей творчества Белого в его эволюции, автор аналитических работ о «Петербурге». Статьи о Блоке и Белом, творчество которых, по Иванову-Разумнику, с наибольшей чуткостью и яркостью отразило духовную и культурно-историческую проблематику начала века, собраны в его книге «Александр Блок. Андрей Белый».

С начала первой мировой войны Иванов-Разумник занял антивоенную позицию; в статье «Испытание огнем» утверждал, что дело социалиста – борьба с войной «всеми силами, хотя бы силами одного против всех», с надеждой предрекал ее завершение революцией. После закрытия издательства «Сирин» постоянно сотрудничал в газете «Русские ведомости», где вел рубрику «Литературные отклики» и опубликовал циклы публицистических очерков «Деревенское» и «На берегах Невы».

В предреволюционные годы Иванов-Разумник подошел к обоснованию идейно-максималистской позиции «скифства» — своеобразного «почвенничества» с революционным уклоном, проецированного на идейные построения Герцена. «Скифское» мироощущение Иванова-Разумника в разной мере разделяли Клюев, Есенин, а также Блок и Белый, ценившие его за концептуально-четкое и объективно-публицистическое воплощение близких им идей и настроений, за редакторско-издательскую инициативность, умение сплачивать талантливые литературные силы. «Скифство» проявилось в неудовлетворенности Иванова-Разумника итогами Февральской революции. В 1917 Иванов-Разумник – редактор литературного отдела эсеровской газеты «Дело народа»; статьи из нее и из еженедельного приложения «Литература и революция» составили публицистическую книгу «Год революции. Статьи 1917 г.».

Примыкая к партии левых эсеров, Иванов-Разумник участвовал в Октябрьской революции, работал вместе с большевиками. В 1918 он – заведующий литературным отделом левоэсеровской газеты «Знамя труда», редактор литературного отдела журнала «Наш путь». Здесь при ближайшем содействии Иванова-Разумника увидели свет произведения Блока о русской революции. В апреле 1918 Иванов-Разумник написал статью «Испытание в грозе и буре» — анализ «Двенадцати» и «Скифов» как пророчества о пришествии нового мира; Блок признал его адекватным авторскому пониманию.

С осени 1918 Иванов-Разумник работал в научно-теоретической секции Театрального отделения Наркомпроса, в 1919-24 он – ведущий деятель Вольной философской ассоциации («Вольфила»).

Со второй половины 20-х гг, не принимая многих сторон деятельности послереволюционного государства и будучи далек от самоновейших литературных исканий, был вынужден отойти от активной литературно-общественной жизни, но плодотворно работал как литературовед и занимался переводами; сохранял тесные связи с писателями прежней эпохи – Белым, Ф. Сологубом.

В феврале 1933 арестован по фальсифицированному обвинению в создании «идейного центра народничества», в 1933-36 отбывал ссылку в Саратове (куда ему регулярно присылал деньги Пришвин). Осенью 1941 в Пушкине попал в зону немецкой оккупации, выслан в Гатчину, весной 1942 вместе с женой отправлен в лагерь для перемещенных лиц под Данцигом, где провел более года. Печатал фрагменты из воспоминаний в берлинской газете «Новое слово», однако с профашистских позиций не выступал. После падения Германии оказался на территории, занятой западными союзниками. Посмертно изданы очерки Иванова-Разумника «Писательские судьбы» и воспоминания «Тюрьмы и ссылки»; в них, не отказываясь от своего революционного прошлого, Иванов-Разумник со всей резкостью осудил большевистский террор, а также грубые командные методы партийно-государственного руководства культурой. Рукопись теоретико-философской книги «Оправдание человека», над которой он работал в 20-е годы, не обнаружена; идея книги возникла из споров с Блоком о «крушении гуманизма», в которых Иванов-Разумник придерживался оптимистичных прогнозов.

Иванов-Разумник в сети:

Войти