[Ариадна (Мичурина)] «Светоч Любви». — Шанхай, 1941

Предыдущее изображение
Следующее изображение

info heading

info content

[Ариадна (Мичурина)] «Светоч Любви: Жизненный путь игуменьи Руфины (Воспоминания игуменьи Ариадны)». — Шанхай, 1941.

Мягкая оригинальная обложка, 33 стр. Состояние хорошее. Небольшое повреждение нижней части обложки. Страницы пожелтели.

В нижней части обложки даты: «1937 15 /28 VIII 1941». Игуменья Руфина скончалась 15/28 августа 1937 года. Таким образом, данная книга издана к 4-ой годовщине ее кончины.

Книгу открывает страница с фотографией игуменьи Руфины. Подпись под фотографией: «Чудесно обновившаяся Владимирская икона Божией Матери 26 августа ст.[арого] ст.[иля] 1925 г. в Харбине, на руках игуменьи Руфины, настоятельницы харбинского женского монастыря во имя Владимирской иконы Божией матери». Фотографию пересекает штамп с нечетко читаемой надписью: «Поздрав[ляем Вас] с Днем Ангела! Молитв[енная память]. + Игумения Ариадна с сестрами».

На задней страницы обложки есть указания, что «Весь чистый сбор от продажи «Светоч Любви» поступит в пользу приюта имени св. кн. Ольги».

Редкость. Отсутствует в коллекции А.Савина, в РГБ и в ДРЗ им. А.Солженицына. Имеется в собрании Гавайского университета (№ 46 в новом каталоге П.Полански). На 22.07.2018 г. один экземпляр книги имеется в продаже у московского букиниста по цене 14.000 руб. (ориентировочно, 225 долл. США).

Игумения Руфина (в миру Ольга Андреевна Кокорева) родилась 27 июня/10 июля 1872 года в Перми в семье крупного промышленника Андрея Тимофеевича Кокорева.

В доме Кокоревых часто бывали монахини, собиравшие пожертвование на монастыри. Ольга любила слушать их рассказы о жизни Спасителя, о подвигах великих святых, о монастырях.

В восьмилетнем возрасте Ольга впервые побывала в Успенском женском монастыре. Однажды во сне она увидела епископа: он держал в руках коробку, наполненную крестиками. Среди них был наперсный крест, который носят игумении. «Тут вся твоя жизнь», – сказал епископ девочке.

После этого видения Ольга стала упрашивать мать отпустить ее в монастырь, хоть на время. По милости Божией девочку отдали в Успенский монастырь на воспитание.

5 августа 1880 года Ольгу посвятили в послушницы. Во время ее облачения, удар монастырского колокола призвал всех ко всенощной на Преображение Господне. Удивлённая настоятельница монастыря отметила: «В первый раз одеваю послушницу с колокольным звоном. Игуменией будешь!»

В 1887 году послушница Ольга приняла послушание регента Иоанно-Предтеченской обители города Соликамска. Следует отметить, что молодая послушница удостоилась духовных бесед с преподобным Арефой Верхотурским († 1915 г.), который тогда жил на Валааме, она переписывалась и с другими Валаамскими старцами.

В 1900 году по благословению валаамских старцев она становится первой помощницей настоятельницы возрождающегося Верхотурского Покровского монастыря. Ей много пришлось заниматься строительными работами, созданием монастырского хора, нести послушание в иконописной мастерской, исполнять обязанности благочинной.

В 1910 году епископ Палладий Пермский и Соликамский получил от православного общества просьбу о восстановлении древнего Иоанно-Богословского мужского монастыря в Чердыни. Когда в 1910 году встал вопрос об открытии в Чердыни при Иоанно-Богословской церкви женского монастыря, выбор пал на благочинную Верхотурской обители инокиню Ольгу.

18 октября 1911 года матушку Ольгу постригли в мантию с именем Руфина в Пермском Успенском женском монастыре. Вскоре она и еще семь насельниц Верхотурской обители были отправлены в Чердынь для создания при Богословской церкви монашеской общины. 28 сентября 1912 года Чердынская Иоанно-Богословская община была преобразована в монастырь, посвященный 300-летию Дома Романовых. 12 ноября 1912 года Преосвященный Палладий в Пермском Успенском монастыре возвел мать Руфину в игумении. Под руководством игумении Руфины жизнь в монастыре быстро наладилась. С начала Первой мировой войны обитель направляла на фронт образки, крестики, просфоры, одежду, обувь, продукты питания. Матушка Руфина посылала деньги на фронт, некоторые насельницы по её благословению стали сестрами милосердия. В 1915 году при монастыре был открыт «Романовский приют» для детей-сирот.

С приходом к власти большевиков начались преследования за веру. Матушка тайно посещала дома нуждающихся чердынцев, обнищавших благодетелей, приносила под монашеской одеждой муку и сахар. Вскоре матушку Руфину арестовали, но, опасаясь народного возмущения, освободили. Выйдя на свободу, подвижница продолжала помогать обездоленным, хлопотала об освобождении безвинно арестованных людей.

Когда в июне 1919 года Сибирская армия отходила от Чердыни, матушка эвакуировалась вместе с отступающей армией. (Когда у власти в Чердыне пришли большевики многие священнослужители были замучены, несколько монахинь расстреляли.)

В конце июня 1919 года в теплушке Тобольского полка вместе с четырьмя сестрами матушка Руфина выехала из Перми, поезд прибыл в Новониколаевск лишь в конце августа. Здесь матушка Руфина с монахинями организовали детский приют и ясли на 150 детей. Вскоре из-за военных действий пришлось уехать и из Новониколаевска. В феврале 1920 года матушка Руфина с сёстрами прибыла во Владивосток, здесь они устроились на частной квартире. Сестры стегали одеяла, занимались другими рукоделиями, а матушка работала прачкой. Ей приходилось полоскать белье в проруби, выбившись из сил, она отдыхала, ложась на лед — началась изнурительная болезнь, которая стала причиной ее преждевременной кончины.

Со временем с помощью благотворителей удалось найти помещение для монашеской общинки, позже матушка получила участок земли близ городского кладбища, где стала образовываться новая обитель.

Матушку и здесь арестовывают, и только после многочисленных допросов выпускают. Обитель же подверглась разорению. После трехлетнего проживания во Владивостоке мать Руфина с сестрами вынуждена бежать в китайский город Харбин. Матушка Руфина горячо любила Россию, обстоятельсва вынудили подвижницу покинуть родину, но до последнего дня она молилась о спасении России. Приведем высказывание матушки: «Если все мы, изгнанники земли родной, с воплем крепким припадем к Чудотворному Образу Царицы Небесной и едиными устами и единым сердцем возопием к Ней: «Матерь Божия, спаси землю Русскую!», то неужели же Она не услышит нас? Нет, возлюбленные! Она услышит, Она умолит Возлюбленного Сына Своего преклонить праведный гнев Свой на милость, если только… покаемся и дадим обещание направить жизнь свою по заповедям Божиим!»

В июне 1923 года монахиням удалось снять маленькую квартиру в Харбине, мало приспособленную для житья, где они ютились в тесноте и холоде. Тяжелая болезнь приковала матушку на 9 месяцев к постели. Первый год был самым трудным для сестёр, не было денег на еду, не на что было купить дров. По молитвам игумении со временем всё устроилось.

В 1924 году они получили помещение, там по благословению владыки Мефодия была организована обитель в честь Тихвинской иконы Божией Матери. Устроив небольшую домовую церковь в честь Димитрия Солунского, они стали служить в ней каждый день. Вскоре матушка Руфина положила начало ночным молениям, на которые стекалось большое количество верующих. Многие беженцы из России, находили в лице матушки добрую мудрую наставницу и утешительницу. Милосердная матушка Руфина делилась последним с нуждающимися. По молитвам подвижницы верующим удавалось найти и жильё и работу.

26 августа/8 сентября 1925 года по милости Божией в руках игумении Руфины обновился образ Божией Матери Владимирской. Это чудо укрепило насельниц обители в их вере, что Владычица Сама невидимо руководит жизнью обители и духовным развитием ее насельниц. Вот как об этом событии вспоминала матушка Ариадна: «…И здесь я, недостойная, была этого свидетельницей. Старенький и невзрачный образок, висевший в алтаре, матушка Руфина, предполагая поднести одному высокопоставленному лицу, распорядилась снять и передать ей. В душе я подумала, как можно подносить такую икону, да еще знатному лицу, но будучи воспитана в иноческом строгом послушании, я не осмелилась высказать вслух этой своей мысли, и, сняв образ, передала его в руки всечестной матушки игумении. И… чудо! Невзрачную, ничего не стоящую на наш человеческий взгляд, фольговую, проржавевшую икону, невидимый Художник, сотворивший из ничего весь мир одним Своим словом, в один момент превратил в светлый, новый, сияющий благодатью образ Своей Пречистой Матери!» (Чудо обновления произошло при следующих обстоятельствах: 26 августа/8 сентября 1925 года в день празднования иконы Божией Матери Владимирской были выпущены из тюрьмы несколько почетных лиц города Харбина, невинно посаженных туда по настоянию большевиков, вошедших в состав правления Китайско-Восточной железной дорогой от русской стороны. Матушка игумения Руфина хотела подарить освобожденным икону Божией Матери.)

Держа святыню в своих руках, игумения Руфина говорила: «Смотрите, смотрите, ведь совершается чудо… Икона обновляется…» и стала показывать ее присутствовавшим в храме сестрам и мирянам. По свидетельству очевидцев действительно совершилось необычайное чудо милости Божией: «Лик Пречистой Богоматери, раньше темный, едва заметный, теперь просветлел и представлялся взорам присутствовавших как только что написанный, фольговая риза на иконе ярко заблистала, венчик над ликом Пречистой Богоматери засиял каким-то переливающимся светом».

Чудесное обновление иконы Божией Матери совершилось в 2 часа дня в присутствии семи мирян, случайно прибывших в обитель, и сестер обители. Через час после чуда, перед обновившейся иконой был отслужен первый молебен и, по промыслу Божию, его совершил иеромонах Георгий, который за несколько дней до совершения чуда советовал сжечь икону и пепел бросить в реку Сунгари. Он буквально рыдал перед обновившимся образом, испрашивая себе прощение. В первое воскресенье молебен был совершен митрополитом Мефодием. Видя в обновлении иконы указание свыше, митрополит Мефодий благословил переименовать обитель в Богородице-Владимирскую. Поток верующих устремился в обитель, многие горячо молились перед этой иконой и получили исцеление от тяжёлых недугов. 26 апреля 1926 года обновился еще одна икона – образ Господа Бога Саваофа. Благая весть быстро распространилась по городу, всё больше верующих людей начали посещать святую обитель.

В 1932 году во дворе обители удалось построить отдельный флигель, где по благословения владыки Мелетия, возглавлявшего Харбинскую епархию после кончины владыки Мефодия был организован «Ольгинский детский приют», небесной покровительницей которого являлась св. равноапостольная княгиня Ольга, просветительница Руси. В декабре 1932 года состоялось освящение приюта в память убиенной в Екатеринбурге дочери государя — великой княжны Ольги Николаевны.

Около 600 девочек воспитал и подготовил к жизни Богородице-Владимирский монастырь.

Скоро Харбин заняли японцы, жизнь православных людей стала невыносимой, многие русские стали покидать город.

Прозорливая игумения Руфина задолго до этих события предупреждала сестёр, что придется уехать из Харбина. (Еще в 1927 году она говорила окружающим, что надо подготовить переезд обители в США, что туда ведет обитель Господь Бог.)

В 1934 году игумения Руфина открыла подворье обители в Шанхае, в ответ на многочисленные просьбы русских людей, переехавших в Шанхай из Харбина.

В 1935 году матушка Руфина по благословению святителя Иоанна (Максимовича), выехала в Шанхай, чтобы на время открыть там отделение, а потом перебраться в Америку. Духовную поддержку обители оказал и Патриарх Сербский Варнава, который очень ценил матушку Руфину.

В Шанхае матушка сразу же принялась за устройство приюта (оставив в Харбине своей заместительницей монахиню Ариадну).

Летом 1937 года матушка Руфина почувствовала себя плохо. 11 июля она в последний раз присутствовала за богослужением в храме. Отец Михаил Рогожин при переполненном храме отслужил молебен о ее здравии, все молились о ее здравии и плакали. После молебна кресло старицы развернули к богомольцам. Она простилась с каждым человеком, благословив чудотворной Владимирской иконой. В эти дни все старались попасть к ней под благословение. Одна женщина попросила матушку благословить её на поездку, но матушка не благословила, вскоре стало известно, что пароход, на котором женщина собиралась ехать, был взорван.

Прозорливой старице было открыто, что её земной путь закончится в праздник Успения Божией Матери, она часто спрашивала сестёр: «Скоро ли праздник Успения?»

14 августа владыка Иоанн причастил ее в последний раз. Отходную по ней читал священник из китайцев Илия Вень. Недвижимая матушка повторяла каждое слово отходной, а то и произносила его вперед. Каждое неправильное ударение она поправляла.

Господь дал ей силы молиться вслух перед своей кончиной. Псалмы, стихиры Успению Божией Матери, всевозможные молитвы лились из ее уст беспрерывным потоком. Вдруг она оборвала их и проговорила: «Колокола звонят, поют красиво, народу много, скорей, скорей, пустите, я пойду!» Ночью 15/28 августа 1937 в праздник Успения Божией Матери, в 3 часа 49 минут игумения Руфина скончалась, оставив следующее завещание: «Живите в мире, любви и согласии. Любите больше всего Бога и отдайте Ему свою душу и сердце».

У гроба беспрерывно читали 4 Псалтири — 2 сестры и 2 девочки… В день похорон литургию совершал святитель Иоанн Шанхайский, а к началу отпевания прибыло все шанхайское духовенство.

Узнав о смерти матушки, в монастырь беспрерывным потоком шли богомольцы. Заупокойную литургию в день похорон и отпевание возглавил святитель Иоанн. Через несколько дней в обители одновременно обновились иконы «Взыскание погибших» и Калужская Божия Матерь.

Согласно воле матушки Руфины, руководство в обители и приюте приняла на себя старшая сестра — монахиня Ариадна, 26 ноября 1938 года она была возведена в сан игумении. (Еще 11 лет Богородице-Владимирский монастырь находился в Шанхае. И только в 1948 году, перед приходом к власти китайских коммунистов, уже новая игумения матушка Ариадна перевела обитель в Сан-Франциско (США).

Войти